2 заметки с тегом

факт

Цыплята Наполеона I

Наполеон любил кушать цыплят, а его поварам приписывают множество рецептов связных с блюдами из них. Но есть один факт, который широко не известен.

Наполеон I каждый день к завтраку требовал жареного цыпленка. Но изготовить и подать ему этого цыпленка была вещь далеко не легкая. У Наполеона никаких определенных часов для завтрака не полагалось. В это время он запирался с своим секретарем и работал запоем забывая все на свете, кроме того, чем был занят, в том числе, конечно, и завтрак. Поэтому он мог требовать завтрак и в восемь часов утра, а мог и в одиннадцать. Но раз уж он распорядился, чтобы подали завтракать, надо было немедленно ему подать безукоризненно свежего, только что приготовленного жареного цыпленка.

Однажды в беседе с одним из своих генералов, присутствовавшим при завтраке, Наполеон рассыпался в похвале своему повару, изумляясь его удивительному уменью всегда угодить вовремя с цыпленком: когда бы завтрак не был потребован, цыпленок оказывался безупречно свежим, видимо, только что зажаренным по всем правилам кулинарного искусства.

  • Да это настоящий колдун, — сказал генерал, выслушав похвалы императора. — Ведь цыпленок — это самое нежное жаркое: стоит его продержать какой-нибудь час, и он сделается тверд и начнет отзывать какой-то соломой.

Наполеону никогда не случалось об этом задумываться, и слова собеседника поразили его. В самом деле, как устраивается повар? Как это у него цыпленок всегда свеж, когда бы его ни потребовать?... Он глубоко заинтересовался этим хитроумным вопросом и приказал позвать повара.

  • Как это тебе удается, — спросил он его: — держать цыпленка, назначенного мне на завтрак, в совершенно свежем виде, словно он сейчас только зажарен? Ведь я иной раз не требую завтрак до одиннадцати часов.
  • Нет ничего проще, государь, — ответил повар. — Я с утра заготовлю несколько штук цыплят и, начиная с восьми часов утра, каждую четверть часа кладу на сковороду нового цыпленка. Оно так и выходит, что, когда бы вы ни спросили завтракать, у меня всегда есть наготове только что зажаренный цыпленок.

Наполеон не ожидал такого объяснения поварского секрета. Он призадумался. При такой заготовке его завтрак должен был ему обходится раз в двенадцать или тринадцать дороже его стоящей цены. А он не был расточителен в своем домашнем хозяйстве. Так, например однажды он был пренеприятным образом поражен, узнав, что один только кофе, расходуемый при дворе, обходится ему в 54.750 франков в год. Он сделал подсчет и вывел, что его двор ежедневно потребляет 155 чашек кофе, среднею ценою по одному франку за чашку. После этого он раз и навсегда вычеркнул из придворного бюджета это массовое кофепитие и порешил выплачивать придворному персоналу наличные «кофейные» деньги. Это дало ему экономию в 35.000 франков в год.

Поэтому услыхав от повара о его остроумном способе «освежения» цыпленка, он тут же отдал ему приказ: — впредь зажаривать для него лишь одного цыпленка на завтрак и подавать его хоть и совсем холодным, если он вовремя его не потребует.

Государственная Дума на Марсовом поле

Кто хоть раз бывал в Санкт-Петербурге, наверняка гулял на Марсовом поле, те, кому не удалось посетить Северную столицу, скорее всего о нем слышали.

В течении нескольких веков, на Марсовом поле устраивались военные учения и торжественные парады. В одном из периодов были проложены аллеи, высажены деревья. Луг превратился в сад и стал называться «Променадом». По праздникам на нем размещались аттракционы. В конце девятнадцатого века Марсово поле стало единственным местом проведения народных гуляний. Данные факты известны многим, как и то, что в 1917 году начались захоронения на Марсовом поле и с этого времени оно называлось — Площадь Жертв революции.

Но не многие знают, что на Марсовом поле могло появиться одно из красивейших архитектурных творений. Начиная с 1900 по 1910 годы проводились всероссийские конкурсы общества архитекторов. В 1906 году победителем одного из конкурсов — «Государственная Дума на Марсовом поле» стал архитектор Дмитриев Александр Иванович. Его замысел не был осуществлен и остался лишь в редких печатных изданиях прошлой эпохи.

Общий вид здания со стороны Мойки.